Кем хотят стать дети мигрантов и что мешает им учиться в России. Исследование РАН
7 минут
Авторы исследования — Ольга Волкова, Татьяна Юдина и Виктория Леденева. Все трое работают в Институте социальной демографии Федерального научно-исследовательского социологического центра РАН. Их статья вышла в новом выпуске «Вестника антропологии». В 2024 году исследовательницы опросили 830 родителей из Кыргызстана, Таджикистана и Узбекистана, живущих в Москве и Подмосковье. В 2025-м отдельно поговорили с 213 подростками в возрасте от 14 до 17 лет. Вопросы касались не только русского языка, но и того, как ребята чувствуют себя среди сверстников и кем хотят стать.
Русский и друзья
Родителей попросили назвать, что было самым трудным для их детей при освоении жизни в России. Чаще других они говорили о русском языке и общении с местными ребятами. Эти вещи связаны: когда ребёнку трудно объясниться, сложнее и отвечать на уроке, и включиться в разговор во дворе или классе.
Один из опрошенных десятиклассников описывает привыкание к России как время, когда приходится заново осваивать почти всё: окружение, отношения со сверстниками, культуру, даже погоду. По его словам, чтобы через это пройти, нужна внутренняя стойкость. Но опыт у всех разный. Другой участник исследования говорит, что привык к жизни в России быстро и не пережил ничего особенно тяжёлого. Он считает, что ему повезло с людьми вокруг.
При этом сами подростки оценили своё знание русского довольно высоко. Отличным его назвали 43,1% опрошенных, хорошим — ещё 47,1%, удовлетворительным — 9,8%. Тут важно не спутать самооценку с результатом экзамена: исследователи не проверяли, насколько хорошо каждый ребёнок пишет и читает.
Авторы обращают внимание на другую трудность. Подросток может свободно разговаривать, но ошибаться в письменных работах. Это уже сказывается на оценках и усложняет подготовку к экзаменам. Если ребёнок прежде учился в другой стране, ему бывает трудно ещё и из-за различий в школьных программах. Сколько именно опрошенных столкнулось с каждой из этих проблем, в статье не подсчитано. Для семей, которым поступление в школу ещё предстоит, у «Рахмата» есть отдельный разбор подготовки к тесту по русскому.
У разных семей — разные возможности
На то, как ребёнок осваивается, влияет и положение семьи. В ответах родителей исследователи увидели связь: чем лучше семья обеспечена, тем легче, по их оценке, ребёнку привыкнуть к школе и найти круг общения. Родители, которые сами лучше освоились в России, чаще считают, что и их дети лучше знают русский.
Это наблюдение не означает, что деньги или усилия родителей сами по себе определяют судьбу школьника. Исследование показывает связь между ответами, но не доказывает, какой именно фактор стал причиной успеха или трудностей. Зато оно помогает увидеть: проблему нельзя свести к требованию «пусть ребёнок выучит язык». Важно и то, есть ли рядом взрослые, способные ему помочь, и как его принимают в школе.
После этих опросов РАН правительство утвердило план по адаптации мигрантов и их детей. Как он сработает, исследование, конечно, не показывает: последние интервью для него провели ещё в 2025 году.
Кем они себя видят
В исследовании много коротких ответов подростков о будущей профессии. Один хочет стать логопедом и остаться в России. Другой учит языки программирования. Девятиклассник мечтает открыть дело в той сфере, где работает его отец-автомаляр. Подросток из медколледжа собирается продолжить учёбу, чтобы стать кардиологом. Ещё один учится на кондитера, готовится к ЕГЭ и думает потом поступить в вуз.
Это ещё не истории о том, кем эти ребята стали. Социологи спрашивали их о планах, а не следили за ними после окончания школы. Но ответы показывают, что разговор о детях мигрантов не исчерпывается языковым тестом. Они уже выбирают профессию и думают, где жить. Кто-то строит планы помочь семье.
Авторы предлагают больше заниматься русским с теми, кому он нужен, готовить педагогов к работе с такими детьми и помогать подросткам включаться в жизнь школы. Похожую помощь для младших детей — от шести до десяти лет — обещали в бесплатной школе русского языка в Москве, о запуске которой «Рахмат» писал в 2025 году.
При этом исследование проводилось в Москве и Подмосковье, а участников находили через знакомых других опрошенных. Поэтому его результаты нельзя переносить на всех детей мигрантов в России. Оно также не показывает, как повлияло на школьников введённое в 2025 году тестирование при приёме. У «Рахмата» есть материал о том, что делать, если ребёнок не сдал тест.
