Что США хотят получить от Центральной Азии: итоги саммита в Самарканде

Саммит без конкретных решений

19 октября в Самарканде состоялось очередное заседание платформы «Центральная Азия + США» на уровне министров иностранных дел. Для этого в Узбекистан прилетели государственный секретарь США Марко Рубио и специальный посланник президента США по Южной и Центральной Азии Серджио Гор, которые провели встречи не только с коллегами из стран региона, но также были приняты руководством Узбекистана, включая президента республики Шавката Мирзиеева.

К саммиту в Самарканде было приковано особое внимание, так как это была первая встреча после саммита на высшем уровне в формате «Центральная Азия + США», состоявшегося в Белом доме в ноябре 2025 года. Ожидалось, что переговоры в Узбекистане позволят продвинуться в реализации инициатив, ранее согласованных президентами.

Несмотря на ожидания, встреча вышла не очень содержательной с точки зрения реальных результатов. Министры по итогам встречи приняли лишь совместное заявление, которое не отличается особой конкретикой и практикоориентированными решениями. 

В документе, который опубликовал только Государственный департамент США, упоминается Транскаспийский торговый путь, обозначенный как важный элемент улучшения связности Центральной Азии и США, а также отмечается формат сотрудничества на уровне американского бизнеса и региональных партнеров «B5+1». В заявлении говорится о важности сотрудничества в энергетике, добыче природных ресурсов и в сфере безопасности, опять же без каких-либо конкретных проектов и инициатив (источник – C5+1: Historic Partnership, Prosperous Future - United States Department of State).

Помимо шестисторонней встречи, каждый из министров региона провел свои двусторонние переговоры с Марко Рубио.

Узбекистан: кому выгодны соглашения на $12 млрд

Узбекистан максимально использовал проведение международного форума на своей земле. В рамках визита американской делегации были организованы переговоры с президентом Узбекистана Шавкатом Мирзиеевым. 

Глава республики наградил Марко Рубио орденом «Буюк хизматлари учун» за вклад в развитие узбекско-американского стратегического партнерства, а Серджио Гор был удостоен ордена «Дўстлик».

Также на полях саммита было организовано второе заседание Американо-узбекского делового и инвестиционного совета с участием представительной делегации из 300 американских бизнесменов, которые сопровождали государственного секретаря. Как отмечается в официальных узбекских и американских источниках, результатом переговоров стало формирование пакета из 54 договоренностей и перспективных инициатив на сумму порядка 12 миллиардов долларов. 

Примечательно, что детальное изучение заключенных соглашений говорит о выгодности итогов встречи для США, но не для Узбекистана. Так, стороны договорились о поставках компанией «GE Aerospace» двигателей для американских самолетов. 

Американская корпорация Wabtec вслед за Казахстаном начнет поставки подвижного состава для железных дорог Узбекистана. В сообщении говорится о стремлении к локализации производства в республике, но, вероятнее всего, речь будет идти лишь о сборке, так как машиностроительная отрасль республики заточена под совершенно другие технические стандарты. 

Финансовые соглашения с «Franklin Templeton», «Oppenheimer & Co.», «Citigroup» и «BlackRock» не являются новостью и в основном представляют собой сервисные контракты на содействие узбекским компаниям по выходу на международные финансовые площадки. То есть большая часть контрактов предполагает поставки американских товаров и услуг Узбекистану без каких-либо серьезных инвестиций в саму республику и создания рабочих мест. 

Единственным направлением, где возможен приход американского капитала, является горнорудная отрасль, куда для изучения перспектив освоения месторождений критических минералов готовы прийти американские компании «ReElement Technologies», «Traxys» и «Trafigura».

Зачем США критические минералы Центральной Азии

Интерес США к запасам критических минералов Центральной Азии не случаен. В последние годы наблюдается устойчивый тренд роста зависимости американских компаний от поставок для своих высокотехнологичных производств этого вида сырья со стороны Китая, который стал признанным в мире монополистом. Центральная Азия, богатая природными ресурсами, в том числе критическими минералами, рассматривается как важный потенциальный поставщик этого сырья, альтернативный Китаю. 

Так, в регионе сосредоточено 38,6 % мировых запасов марганца (951 млн тонн доказанных запасов, из которых 681 млн тонн приходится на Казахстан, 270 млн тонн — на Таджикистан), 30 % мировых запасов хрома (230 млн тонн, почти все они приходятся на Казахстан), 20 % свинца (25 млн тонн, из них 15 млн тонн приходится на Казахстан, 10 млн тонн — на Таджикистан), 12,6 % запасов цинка (46 млн тонн, из них 31 млн тонн приходится на Казахстан, 10 млн — на Таджикистан, а 4,5 млн — на Узбекистан), 8,7 % запасов титана (395 млн тонн, из них 350 млн т приходится на Узбекистан, 45 млн т — на Казахстан). 

Также в регионе сосредоточены 5,8 % мировых запасов алюминия, 5,3 % — меди, 5,3 % — кобальта, 5,2 % — молибдена (источник – Vakulchuk Roman. Central Asia Is a Missing Link in Analyses of Critical Materials for the Global Clean Energy Transition // One Earth, Elsevier BV, 2021).

Если по месторождениям в Узбекистане еще идут переговоры, то в Казахстане компания Cove Kaz Capital Group, аффилированная с семьёй Дональда Трампа, в ближайшее время намерена начать освоение двух крупных вольфрамовых месторождений в Карагандинской области республики — «Северный Каптар» и «Верхнее Кайракты».

Таким образом, стратегия США в Центральной Азии продолжает строиться вокруг двух ключевых приоритетов: обеспечение рынков сбыта для американских компаний и обеспечение американской промышленности сырьём, что в целом оставляет странам Центральной Азии достаточно ограниченные возможности для полноценного развития.