«Не важно, какой вы национальности». Как уроженец Кыргызстана создал в Москве футбольную лигу для мигрантов

«Сто болельщиков из Кыргызстана легко перекричат тысячу из Лондона»

– На спортивных площадках Москвы часто играют киргизы. Иногда кажется, что они там бывают чаще, чем москвичи. Почему?

– У нас любят командные виды спорта. Например, козлодрание (традиционную игру, в которой команды борются за обезглавленную тушу козла и пытаются забросить ее в ворота соперников. — «Рахмат»). Но еще популярны волейбол и футбол. Футбол популярен больше, — причем в Кыргызстане в него играют и мужчины, и женщины. Наверное, к нему располагает погода — в стране почти всегда солнечно.

– А культура болельщиков отличается от российской?

– Думаю, да. Главное отличие в том, что мы очень шумные, болеем всей душой. Я был на матчах на родине футбола — в Англии, и могу сказать: сто болельщиков из Кыргызстана легко перекричат тысячу из Лондона. 

– Почему вы решили основать лигу для мигрантов в Москве?

– Так сложилось. Я родился в Майлуу-Суу — светлом городе. Город называют «светлым» потому, что в нем работал один из крупнейших в СССР завод по производству лампочек. Одними из развлечений жителей Майлуу-Суу был футбол. Я играю в него с пяти лет. Мог бы заниматься профессионально, но кружок находился далеко — по вечерам, после школы, автобусы до него не ездили. Если б я ходил в кружок пешком, то не мог бы спать. Но играл на школьных и студенческих турнирах. Мой отец всегда болел за московский «Спартак» и я тоже. Мой любимый футболист Егор Титов. В детстве многие друзья брали с него пример. Он много забивал и не шел на конфликты. Был настоящим профессионалом.

Я работал финансистом в Кыргызстане, но потом меня пригласили на очень хорошие условия в Нижний Новгород, где предложили высокую зарплату и бесплатное жилье. Из Нижнего Новгорода меня переводили в разные филиалы компании в других городах и наконец в 2013-м пригласили в Москву. И, разумеется, в ней я посещал матчи «Спартака» и продолжил играть в футбол. 

Вообще в Москве в футбол играет очень много киргизов. У нас довольно большая диаспора в городе. Раз в неделю, по выходным, мы устраивали матчи, в основном на дворовых площадках. Даже организовывали неофициальные турниры, но игры в них не были регламентированны. Из-за этого иногда возникали неприятные ситуации — например, кто-то был несогласен с результатами. Поэтому в 2015 году у меня появилась идея организовать официальную лигу, в которой будут судьи, регламент и так далее — все, как в профессиональном футболе.

«Это не коммерческий проект, а социальный»

– Это было сложно?

– Я создал организацию — то есть юридическое лицо. Но проблемы были со стадионами. Лига открылась в 2017 году. Я начал искать поле, но многие спортивные площадки неохотно соглашались с нами сотрудничать. Мне кажется, они волновались, потому что мы трудовые мигранты и имеем особый официальный статус в России. Как я уже говорил, наши футбольные болельщики очень шумные — это тоже могло отпугивать. 

Но при этом находились понимающие администрации стадионов — они входили в наше положение и разрешали нам провести матчи. Я очень благодарен этим людям. Они помогали лиге на протяжении всего турнира.

А игроки собрались быстро, потому что у нас очень развито землячество. Есть сообщества в Telegram и Whatsapp (владелец – компания Meta признана в РФ экстремистской организацией), свои сайты. Коммуникация налажена отлично. Если в Москве выступает певец из Кыргызстана, то мы отравляем афишу в разные чаты и про концерт знают все земляки. Есть даже районные сообщества. В них мы помогаем друг другу. Если с человеком что-то случилось, то ему собирают деньги и оказывают другую помощь. И не важно, кто он по национальности: русский, украинец, киргиз или кто-то еще. Сейчас процентов 60 футболистов лиги — киргизы. Еще 40 — казахи, узбеки, русские, украинцы, молдаване и белорусы. Но почти все они приехали на заработки в Москву из других стран.

 – Как попасть в KG-лигу?

– Лига не зарабатывает. Это не коммерческий проект, а социальный. Поэтому команды платят членские взносы — по 10 тысяч рублей от клуба. Из них составляется призовой фонд: на часть этих денег мы покупаем медали и кубки, а остальную сумму распределяем среди победителей. Команда, занявшая первое место, получает 50% от призового фонда, второе место — 30%, третье — 20%. 

Каждый год в турнире участвует разное количество команд, поэтому призовой фонд различается. Например, в прошлом году победили высших лиг получали примерно по 100 рублей. Сейчас у KG-лиги появился спонсор — «Яндекс Про». Благодаря ему за первое место платят 150 тысяч рублей, за второе 100, за третье меньше. Но для игроков это не главное. Для команды это небольшие суммы. Многие играют ради результата и самого спорта.

Для участия в турнире команда должна иметь логотип и форму. Ее футболисты покупают на свои деньги. Поэтому у кого-то всего один комплект формы, а у кого-то несколько и еще брендированные сумки с символикой команды. Обычно у клубов, которые могут позволить себе несколько комплектов, есть спонсоры — как правило, это бизнесмены из диаспоры, работающие в Москве. Некоторых спонсируют таксопарки и рестораны, есть среди спонсоров салон красоты.

«У нас есть и музыканты, и врачи»

– Как формируются клубы — это коллеги по работе?

– Нет, у нас вообще нет ограничений по составу. Например, в команде, где большинство спортсменов из Кыргызстана, могут играть африканцы, которые учатся в университете вместе с нашими соотечественниками. Но есть команды, сформированные в трудовых коллективах. Предусмотрены трансферные окна, в которые игроки могут переходить из клуба в клуб.

– В этом году в Чемпионате мира по футболу участвовала сборная Узбекистана. Матчи показывали в чайхонах, но болельщиков было мало, потому что многие мигранты работают в Москве с раннего утра до 22 вечера. Наверняка в KG-лиге тоже много таких людей. Когда они находят время для игры?

– Профессиональный состав команд разный. Не у всех такой плотный график. Например, есть музыканты и врачи. Но для удобства мы проводим матчи по выходным. Выкладываем расписание в чаты. Игроки его видят. Если у людей эти дни рабочие, они заранее берут выходные или отпрашиваются. 

– Команды играют, как в большом футболе — 11 на 11?

– Нет, в основном 8 на 8. Это очень популярный формат на большинстве стадионов Москвы. К нему многие привыкли. Да и для матчей 11 на 11 надо нанимать большой стадион, а это около 30 тысяч рублей за игру. Я думаю, что мы просто не осилим такие суммы. При этом аренда поля для игры 8 на 8 в Москве стоит где-то 5-8 тысяч рублей. Кроме того, в лиге всего 11 сотрудников. Среди них инспекторы, которые следят за игрой, записывают голы и ведут другую статистику, и люди, смотрящие за порядком. Есть в штате оператор и сотрудник, поддерживающий чистоту на стадионах. Свои медики даже небольшой комитет по дисциплинарным решениям.

KG-лига разделена на дивизионы — один играет, допустим, на «Бабушкинской», а другой в Борисово. И если мы будем проводить матчи, где 22 игрока соревнуются на большом поле, то 11 сотрудников лиги просто не смогут их нормально организовать. 

– Сколько дивизионов в турнире?

– Высший дивизион — это суперлига. В ней играют полупрофессиональные команды. Ниже по уровню высшая лига, первая и вторая. Еще есть турнир для ветеранов, где спортсменам за 35-40 лет. А вообще можно заявлять игроков с 16 лет. В принципе, можно играть и с 14-и. Но мы соблюдаем российские законы, поэтому для участие 14-летнего спортсмена в соревнованиях нужно письменное согласие родителей.

Помимо лиги мы проводим кубковые турниры. Сотрудничаем с крупными компаниями, например была «Юнистрим лига». Компании получают рекламу в социальных сетях и присутствие бренда на матчах.

Раньше первые четыре места в каждом дивизионе проходили в лигу более высокого класса. Но сейчас мигрантов в Москве стало меньше, потому что законодательство для нас стало сложнее. И мы ввели новый регламент: каждая команда может заявиться в любую лигу. Все зависит от ее амбиций и сил. 

«Нам пришлось извиняться перед спортсменами»

– Сколько игроков в KG-лиге?

– В 2017 году в ней играли 15-17 команд, и все футболисты были из Кыргызстана. Во втором сезоне команд было уже 50. Потом еще больше. Пика популярности лига достигла перед пандемией, в 2019 году. Тогда национальностей стало очень много, уже играли африканцы. И мы не смогли принять в чемпионат всех желающих. Нас умоляли, но нам пришлось извиняться перед спортсменами. Мы объясняли им, что чисто физически не сможем организовать столько игр…

А прямо сейчас в лиге 100 команд. В каждой из них примерно по 25 игроков. Поэтому лига выполняет не только спортивную функцию — мы доносим до игроков информацию о правилах жизни в России.

– Это как?

– Площадка KG-лиги помогает образовывать мигрантов. Это большая школа для наших соотечественников и не только. Мы проводим тренинги и семинары. Рассказываем, как меняются законы для мигрантов, какие нормы поведения в Москве существуют. Учитывая, что в лиге около 2500 тысяч игроков, информация доходит до всех земляков.

– А кто болельщики?

– В основном родные, жены, девушки и друзья футболистов. Еще коллеги по работе.

– В лиге мигранты играют между собой. Но есть какое-то развитие?

– Конечно. KG-лига — это трамплин для игроков. Например, у нас играл Хайрат Изаков. После нашего турнира он заключил контракт с профессиональным клубом «Абдыш-Ата». Таких историй много. 

– И как мигрантам попасть в KG-лигу, куда им обращаться?

– Это очень просто: можно написать мне «Вконтакте».